Михаил Ефимченко, руководитель Межрегионального территориального управления Росфиннадзора в Краснодарском крае:
- Кризис - явление, фазы которого плохо определяются временными параметрами. Это состояние (в данном случае - общества и экономики), соотношение действующих сил и явлений. Закончился кризис или нет, определяется не тем, когда он начался и сколько с той поры прошло месяцев, а тем, изменились ли обусловившие его отношения, подходы, стереотипы.
На мой взгляд, сейчас мы находимся в самой опасной стадии кризиса. Меры государственного воздействия на ситуацию еще работают, у властей еще есть возможность поддерживать стабильность. Рыночная конъюнктура немного улучшилась, но при этом внутренние, человеческие резервы нашего общества и экономики еще не включились. И есть риск, что не включатся, ведь уже пошли разговоры о том, что кризис миновал и не за горами благополучие. Подобные разговоры расхолаживают.
Возможно, дна мы и достигли, но реальный подъем еще не начался. Рост мировых цен на энергоносители, поступление денег в казну нельзя считать показателями подъема экономики. Для выхода из кризиса нужны серьезные структурные изменения и в экономике, и в политике, и в психологии, которых пока не произошло.
- Какие выводы должно сделать общество, бизнес, чтоб эти изменения начались?
- Выводы в первую очередь должна сделать власть, задача которой сегодня - пробудить, активизировать и объединить людей. Меры, которые нужно для этого предпринять, названы Дмитрием Медведевым в послании Федеральному собранию. Но мало перечислить необходимые шаги - их нужно совершить. Кстати, этот кризис, на мой взгляд, начался намного раньше, чем о нем заговорили российские политики. Уже три-четыре года назад, как только цены на нефть начали бить рекорды, в российской экономике наметилась стагнация, вызванная тем, что заряд развития, полученный после кризиса 1998 года и обеспеченный серьезными денежными поступлениями, себя исчерпал. Но новых моделей, подходов и стратегий развития в нашей экономике пока не появилось.
Михаил Щепакин, декан факультета экономики, управления и бизнеса КубГТУ:
- Из кризиса мы еще не вышли и, боюсь, даже не достигли дна. Статистические данные, которые я, также как и вы, вижу в деловой прессе, слишком разрозненны. Локальные успехи еще не характеризуют ситуацию в экономике в целом. Кроме того, мы сейчас находимся на сложном этапе вхождения в зиму, а в топливно-энергетическом комплексе кардинальных технологических изменений по сравнению с прошлыми годами не произошло. Негативные тенденции в развитии этого комплекса не преодолены. А это оборачивается повышением цен на услуги ТЭК, которое тянет за собой вверх и себестоимость, и цены на продукцию практически во всех отраслях экономики. Все это ведет к снижению конкурентоспособности российских товаров и услуг. Для выхода из кризиса необходимо повысить внутренний спрос на продукцию отечественного товаропроизводителя. Предпринимаемые правительством меры по снижению инфляции способны оживить потребительскую активность, но доходы населения растут медленнее, чем того бы хотелось. Более того, даже сезонный предновогодний покупательский ажиотаж нам, в отличие от западных стран, даст не очень много. В магазинах преобладают товары импортного производства - покупая их, мы поддерживаем иностранного, а не российского производителя.
В то же время Кубань по сравнению с большинством регионов страны находится в выигрышном положении. Мы - край аграрный. Большинство наших предприятий производят то, на что существует стабильный внутренний спрос - и в крае, и за его пределами. Агропромышленный комплекс продолжает активно работать, но пока еще не в полной мере реализует свой потенциал. Возможность экспортировать свою продукцию - один из плюсов для наших кубанских компаний. Разнонаправленность экономики края смягчила удар кризиса по Кубани. Но Россия не исчерпывается нашим краем. Ситуация во многих регионах остается очень напряженной. Перемен в экономическом укладе страны, перехода на инновационные рельсы развития производственной сферы еще не произошло. Не отпала и необходимость в антикризисных действиях властей. В начале года правительство направило огромные деньги в экономику, пытаясь поддержать отечественное производство. Сейчас, чтобы не допустить роста социальной напряженности, оно вынуждено контролировать цены. Последние примеры - борьба с торговыми наценками на лекарства или попытка снизить стоимость бензина, используя для этого новую методику расчета, предлагаемую ФАС. Ситуация пока остается нестабильной, и поэтому говорить о том, что мы вышли из кризиса, преждевременно.
Андрей Марков, заместитель генерального директора «БДО Юникон Аудит Альянс»:
- Думаю, дно кризиса мы уже миновали, но до выхода еще очень далеко. Да, спрос на товары оживляется, а ставки по кредитам снижаются. Но объемы кредитования еще невелики, а оживления спроса на услуги и вовсе не произошло. Кроме того, возможна вторая волна кризиса, которая, как и первая, может начаться в банковском секторе из-за невозврата кредитов. Доходы у многих снизились, кто-то и вовсе лишился работы. Какое-то время люди жили за счет резервов, погашали кредиты, занимая и перезанимая. Но если найти работу и восстановить доходы не удается, то человек перестает платить. Сейчас проблема плохих долгов у банков обостряется. Это может ударить по банковской сфере (а значит, и по экономике) и увеличить социальную напряженность в обществе - например, вызвать рост преступности в наиболее пострадавших от кризиса регионах. Может быть, снизить остроту этой проблемы поможет обсуждаемый сейчас закон о банкротстве граждан, но говорить о нем пока рано. Неизвестно, будет ли он принят, а если будет - как заработает?
Выход из кризиса еще потребует серьезных усилий и от бизнеса, и от российских властей. Но следует отметить, что по сравнению с 1998 годом в этот кризис наша власть ведет себя куда продуктивнее. Предпринятые государством меры по спасению экономики и поддержке граждан способствуют увеличению доверия к нему. Думаю, это еще принесет свои плоды. Забота о населении со стороны правительства во время кризиса 2009 года должна привести к формированию позитивного отношения к нему, повысить уровень доверия к действующей власти, что в перспективе выльется в повышение гражданского самосознания россиян. Это означает, что отток перспективных кадров за рубеж будет постепенно сокращаться, а инвестиционная привлекательность России повысится. Из последствий кризиса, которые также вызывают оптимизм, можно назвать еще два. Рынок недвижимости (как жилой, так и коммерческой) наконец стал рынком покупателя, а не продавца. Цена покупки и аренды недвижимости (по сравнению с докризисной) снизилась в полтора-два раза. Покупатель получил возможность выбирать, а не брать, что дают. В отрасль возвращается так необходимая ей конкуренция. Следующий плюс кризиса - люди ощутили ценность того, что страхует тебя от потери работы, - профессионализма, компетенции, образования, а не наличия диплома. Это может положительно сказаться на кадровом рынке (где сейчас острый дефицит квалифицированных профессионалов во всех сферах), а впоследствии - и на производительности труда.
Игорь Шевченко, декан экономического факультета КубГУ:
- Любой экономический кризис цикличен и имеет четыре этапа: пик, спад, дно, рост. Приметы дна - падение цен, снижение спроса. Мы это уже увидели, а сейчас наблюдаем некоторое оживление экономической жизни. Даже на рынке жилья, для которого характерна изрядная инерция, риелторы отмечают оживление спроса. Можно ли считать это началом роста? Я бы хотел озвучить такую мысль: на мой взгляд, падение спроса в России было вызвано не столько снижением платежеспособности предприятий и граждан, сколько дефицитом доверия. Деньги из российской экономики не исчезли. Они здесь, но большинство компаний не решаются их тратить и накапливают, выжидая момента, когда придет понимание, что делать дальше. Необходимо восстановление взаимного доверия и осознание стратегии развития, чтобы продолжить инвестиции, запускать новое и расширять имеющееся производство. Чтобы доверие восстановилось, нужно время и положительные новости. Новости уже есть. Скажем, в Британии потребительский спрос за последний месяц вырос на 6-
7 процентов. Может, это влияние приближающегося нового года, тем не менее это рост. Россия движется в фарватере мировой экономики, и тенденции, наметившиеся на Западе, для нас тоже важны. Если говорить о ситуации на Кубани, то, по последним прогнозам краевой администрации, в следующем году валовой региональный продукт должен вырасти на 4-5 процентов. Это тоже хорошая новость, способная стимулировать бизнес.
Но сейчас нас может поджидать другая опасность. В течение года мы производили меньше, зарабатывали меньше, соответственно, и отчисления в бюджет были (а в некоторых сферах и остаются) ниже запланированных. Если казна недосчитается денег, бюджет не сможет финансировать в полном объеме все проекты. Речь не столько о приоритетных социальных программах, сколько об инфраструктурных проектах, о госзаказе, который стимулирует производство и в итоге увеличивает платежеспособность и субъектов бизнеса, и населения. Уже понятно, как государство намерено решать проблему наполняемости бюджета - за счет населения и увеличения налогов (того же ЕСН или транспортного). Можно предполагать, что налоги народ заплатит и казна наполнится. Если эти средства будут направлены на повышение эффективности нашей экономики, стимулирование инноваций, модернизацию, можно будет сказать, что Россия сделала из кризиса необходимые выводы, что в следующем году нас ждет рост и года через три мы выйдем на докризисный уровень. Если же правительство ограничится только латанием дыр, то принципиально ситуация не изменится.
Александр Полиди, директор департамента управленческого консалтинга компании «Ваш СоветникЪ»:
- Говорить о выходе из кризиса рано. Мы даже не в начале пути. Сейчас только появились первые предпосылки для выхода - речь о снижении ставки рефинансирования, удешевлении стоимости кредитных средств, сокращении волн банкротств, снижении объема государственных компенсаций. Все это говорит о том, что российская экономика становится более устойчивой, но докризисный уровень не восстановится раньше 2011-2012 годов.
Выводы из кризиса должна сделать власть. Государству нужно создать условия для того, чтобы заниматься бизнесом в России было комфортно. Без этого мы по-прежнему будем всецело зависеть от сырьевого экспорта. Кризис показал, насколько зыбко такое положение. Пока в России количество работающих (не числящихся, а реально действующих) бизнес-единиц не увеличится тысячекратно - кризис не уйдет.
- Чтобы добиться упомянутой стабилизации, государству пришлось потратить огромные деньги. Не разумнее ли было направить их на пресловутую модернизацию экономики?
- Начало структурной перестройки экономики требует стабильности хотя бы того, что уже есть. Помните высказывание известного сатирика о невозможности одновременного ускорения и перестройки - нельзя на ходу заменить у велосипеда педали… Можно рассуждать, когда власть должна была озаботиться модернизацией российской экономики - три или пять лет назад, при стабильно растущих ценах на нефть, кредитном и строительном буме. Но в то же время ясно, что проводить модернизацию в кризисную пору нельзя - это чревато вмешательством слишком многих трудно прогнозируемых факторов. Зато теперь, когда удалось добиться определенной стабильности, нашу экономику нужно модернизировать. И если этой модернизации не произойдет, значит, выводов мы не сделали.
Предыдущая
